Да, не погневайтесь! — перебил Кирилов. — Если хотите в искусстве чего-нибудь прочнее сладеньких улыбок да пухлых плеч или почище задних дворов и пьяного мужичья, так бросьте красавиц и пирушки, а будьте трезвы, работайте до тумана, до обморока в голове; надо падать и вставать, умирать с отчаяния и опять понемногу оживать, вскакивать ночью… — Я делаю это… почти… — сказал Райский, — вскакиваю с постели, иногда плачу, дохожу до безумия… — Все вы сумасшедшие, как погляжу! — равнодушно заметил Аянов.